Битва при Павии на гобеленах Бернарда ван Орлея


Зал, в котором выставлены гобелены с изображением сцен битвы при Павии. Национальный музей Каподимонте, Неаполь, Италия

– Черт возьми, капитан! Не всякий бой можно выиграть.
Великий Помпей проиграл Фарсальскую битву,
а король Франциск Первый, который, как я слышал,
тоже кое-чего стоил – битву при Павии.

А. Дюма «Три мушкетера»
История в артефактах. Мы уже не раз обращались здесь к вышивкам и гобеленам, представляющим интерес с точки зрения изучения истории. По шкале времени мы шли «снизу вверх», то есть, начиная с «байёсской вышивки», но и впоследствии было изготовлено немало вышитых изображений, подчас с фотографической точностью передающих реалии своей эпохи.

В их число входят и семь гобеленов, сотканных в Брюсселе в 1528–1531 гг., по эскизам Бернарда ван Орлея. Ценность их, помимо красоты, заключается в том, что они подробнейшим образом иллюстрируют для нас сцены битвы при Павии. А эта битва имела во всех отношениях очень важное значение, поскольку произошла на переломе эпох. В ней традиционная конница жандармов столкнулась с вооруженной огнестрельным оружием пехотой и потерпела от неё сокрушительное поражение.

Естественно, что сегодня мы не можем перенестись в начало XVI века и увидеть то, как она происходила, своими глазами. Но мы можем попробовать это представить, глядя на прекрасные гобелены Бернарда ван Орлея.


Гобелен 1. На нем показана атака французских жандармов во главе с королем Франциском I. Вдали на фоне леса видны германские аркебузиры, готовящиеся открыть огонь по французским кавалеристам. Обращает на себя внимание снаряжение жандармов. На них надеты полные рыцарские доспехи с характерными юбочками из ткани вместо набедренников. На гобелене доспехи на многих лошадях отсутствуют. На одном коне имеется нагрудник и шаффрон, у другого шаффрон и нашейник, но такие детали, как и накрупники и фланшарды, отсутствуют. Кстати, поскольку все они с мечами в руках, это значит, что свои копья они уже растеряли в предшествующей схватке
Итак, битва при Павии, что случилась утром 24 февраля 1525 года, стала главным и решающим сражением Итальянской войны 1521–1526 гг. между французским королевством и многонациональной империей Карла V, который, будучи императором Священной Римской империи, был одновременно королем Испании, «обеих Индий», а также правил Нидерландами и вдобавок ещё и Обеими Сицилиями.

Французская армия находилась под началом короля Франции Франциска I, который в октябре 1524 года осадил город Павию, входивший в Миланское герцогство в составе Священной Римской империи, имея в своей армии 26 200 солдат, среди которых было множество наемников. Собственно французов 6 000 пехотинцев и 17 000 иностранных наемников: 8 000 швейцарцев, 5 000 немцев и 4 000 итальянцев («Черные полосы»). Ударной силой французской армии была латная конница из 2 000 жандармов и 1 200 копейщиков.

Карл V намеревался снять с города осаду, и отправил к Павии армию из 22 300 солдат. Причем в самом городе находился имперский гарнизон из 5 000 немцев и 1 000 испанцев. Имперскими силами командовали фламандец Шарль де Ланнуа – имперский лейтенант и вице-король Неаполя, а также французский ренегат-перебежчик, генерал-капитан Карл III, герцог Бурбон. Под их началом находилось 12 000 германских ландскнехтов, 5 000 испанских и 3 000 итальянских солдат, которыми командовал итальянский кондотьер, маркиз Пескара на пару с германским военачальником Георгом Фрундсбергом. Испанский капитан Антонио де Лейва начальствовал гарнизоном осажденной Павии. Имперская кавалерия насчитывала 1 500 рыцарей и 800 копейщиков.

Битва произошла в парке Висконти в Мирабелло-ди-Павия, прямо возле городских стен. Король Франциск I, проявив немалое мужество, и в лучших традициях средневековой войны лично повел своих жандармов против Ланнуа, но немецким и испанским копейщикам и аркебузирам удалось её отразить, после чего на них со всех сторон навалились испанские и немецкие пехотинцы, начавшие истребление конных жандармов огнем из аркебуз и мушкетов.

Остатки французских сил, включая швейцарских наемников и «Черные банды», предприняли мужественную попытку защитить короля, но в итоге были окружены неприятельскими копейщиками и также подверглись разгрому. Вдобавок гарнизон Павии сделал вылазку. И вышло так, что в ходе четырехчасового сражения французская армия была разбита по частям. Множество знатных дворян Франции были убиты, а сам Франциск I, чудом избежав смерти, попал в плен.


Гобелен 2. Слева показано, как испанские аркебузиры во главе с маркизом ди Пескарой атакуют французских жандармов. Хорошо видны клубы дыма от выстрелов из аркебуз. Справа ландскнехты Георга фон Фрундсберга захватывают французскую батарею
Оказавшемуся в плену у Карла V Франциску I пришлось подписать Мадридский договор 1526 года, отказавшись от своих притязаний в обмен на желанную свободу.

Начало всей этой драматической истории положил прежде всего сам Франциск I, который в середине октября 1524 года перешел через Альпы и двинулся на Милан, имея армию более чем в 40 000 человек. Численно уступавшие ему войска Бурбона и Пескара серьезного сопротивления оказать не могли и начали отход. Французская армия наступала сразу несколькими колоннами, не давая имперцам сдержать их продвижение, однако вызвать их на сражение ей тоже не удалось.

Франциск вошел в Милан, назначил его губернатором Людовика II де ла Тремуля, но дальше, хотя ему и советовали продолжить преследование Ланнуа, осадил город Павию, где находился имперский гарнизон численностью около 9 000 человек, состоявший из наемников, которым приходилось платить, расплавляя церковное серебро. 21 ноября Франциск, пробив к этому времени в стенах города бреши, решил штурмовать город, однако его войска с большими потерями были отброшены. Тогда французы решили уморить его защитников голодом.


Гобелен 3. Слева показано, как короля Франциска I стаскивают с коня. Так ли это было на самом деле или же он упал с коня и был пленен уже лежащим, неизвестно. Но художник увидел это именно так. Справа, германский ландскнехт захватил важный трофей – коня, и объясняет другому ландскнехту, что вот, мол, теперь этот конь мой!
В целом дела на фронте у французского короля шли вроде неплохо. Так, ему удалось подписать секретное соглашение с Папой Климентом VII о том, что он не будет помогать Карлу, а Франциск поможет ему завоевать Неаполь, куда ему пришлось отправить часть своих солдат. Попытка Ланнуа их перехватить не удалась, и более того – в бою с королевскими войсками он понес тяжелые потери.

На стороне французов очень эффективно действовали «Черные банды» Джованни Медичи – итальянские наемники, перешедшие на французскую службу. Однако численность французских войск у Павии уменьшилась из-за ухода почти 5 000 швейцарских наемников, которым приказали вернуться в Швейцарию для защиты собственных границ. Затем уже январе 1525 года Георг Фрундсберг привел Ланнуа 15 000 свежих германских ландскнехтов, и с этими силами они возобновили свои атаки на французов.


Гобелен 4. Слева ландскнехты Георга фон Фрундсберга сражаются с ландскнехтами короля Франциска I. Вдали один из ландскнехтов перепрыгивает через ручей, опираясь на свою пику, словно скаут. Интересно, что на этой картине присутствует довольно много женщин, причем одна из них верхом на лошади и в дамском седле. Кто они? Маркитантки или полковые шлюхи? Сказать невозможно, но одеты они, особенно «дама в красном», не бедно. А вот окованные металлическими полосами ящики и сундуки явно заменяют чемоданы. Видно, что гражданские лица спасаются бегством в сторону реки
Уже 2 февраля Ланнуа оказался всего лишь в нескольких милях от Павии, так что Франциску пришлось действовать на два фронта: против защитников города и приближающейся имперской армии. Впрочем, имперцам казалось, что силы французов их значительно превосходят, так что, хотя они и намеревались дать им бой, но особо на победу не рассчитывали.

Более того, вечером 23 февраля они подожгли свои палатки, с целью заставить французов поверить в то, что они начали отход от города. На самом деле ранним утром они проделали несколько брешей (порох не использовали, а работали шанцевым инструментом!) в стенах, окружающих огромный парк Мирабелло, где размещались французские войска, и под прикрытием сумерек и тумана начали в него входить – сначала аркебузиры, а вслед за ними легкая конница и артиллерия. Целью атаки являлся замок Мирабелло, где, как считали испанцы, размещалась штаб-квартира французской армии.


Гобелен 5. Справа – французские жандармы, пытающиеся атаковать имперских ландскнехтов с двуручными мечами и пиками в руках, которые проникают в парк Мирабелло через проломы в стене. Удивительно, но вместе с ними мы видим и священника с выбритой тонзурой и даже мула, на котором едет обезьянка на цепи!
Заметив движение имперцев, навстречу им вышли французские войска. Уже к 7 часам утра в парке развернулось масштабное пехотное сражение с участием ландскнехтов Георга Фрундсберга, испанских аркебузиров, французских копейщиков и ландскнехтов-перебежчиков из «Черного отряда» под командованием Франсуа из Лотарингии, сражавшихся на стороне французов. Открыла огонь и многочисленная французская артиллерия, наносившая имперской пехоте серьезный урон.


Гобелен 6. Французская армия бежит с поля боя, а ландскнехты своими алебардами разрушают наплавной мост…
Интересно, что французы какое-то время не осознавали истинных масштабов имперской атаки; однако примерно к 7:20 с батареи французской артиллерии были замечены массы имперской конницы, продвигавшейся вслед за пехотой. По неприятелю был открыт артиллерийский огонь, который стал наносить ему потери, но появление кавалерии противника насторожило Франциска, который решил атаковать её всеми силами французских жандармов.

Вначале его атака удалась, и к 7:40 утра имперские всадники Ланнуа были рассеяны. Однако стремительное наступление Франциска не только ослабило огонь французской артиллерии, но и оторвало его жандармов от массы французской пехоты под командованием Ришара де ла Поля и «Чёрного отряда» ландскнехтов-ренегатов.

Маркиз Пескара, оставшийся командовать испанскими войсками после того, как Ланнуа покинул поле боя вместе с отступающей кавалерией, быстро построил своих людей на опушке леса и тут же отправил гонцов к другим командирам с просьбой о помощи. И как раз в это время ландскнехтам Фрундсберга удалось разбить противостоявшую ему швейцарскую пехоту, что привело французскую пехоту в такое смятение, что она стала покидать поле боя.


Гобелен 7. Вылазка гарнизона Павии. Французы вылезают из своих укреплений и пытаются спастись вплавь через реку. Очень точно изображены и одеяние, и оружие ландскнехтов – их алебарды и мечи кальцбагер
Уже в 8 часам утра французская кавалерия была окружена массой имперских пикинеров и аркебузиров. Не имея места для маневра из-за того, что рядом находился лес, французские жандармы сделались легкой добычей для стрелков.

А тем временем в ожесточенной схватке между имперскими ландскнехтами и «Черным отрядом» последний был окружен копейщиками Фрундсберга и полностью уничтожен. Французский король сражался вместе со своими жандармами, когда Чезаре Герколани, итальянский кондотьер, убил под ним коня и, окруженный испанскими аркебузирами и немецкими ландскнехтами, он был взят в плен и выведен с поля боя.


А теперь рассмотрим некоторые фрагменты гобелена при увеличении. На нем, как оказалось, очень много точно исполненных изображений конкретных участников битвы. Это Шарль де Ланнуа – командующий имперскими войсками
В то же время ландскнехты Антонио де Лейва совершили из города вылазку и разгромили 3 000 швейцарцев, занимавших осадные траншеи. Остатки швейцарцев попытались бежать по мосту через реку, но после того, как он был разрушен, им пришлось спасаться вплавь, в результате чего они понесли при этом огромные потери.

Французский арьергард под командованием герцога Алансонского участия в сражении не принимал, но когда герцог понял, что произошло в парке, он приказал отходить в сторону Милана. К 9:00 битва закончилась полным разгромом французской армии.

Кстати, кто именно взял французского короля в плен, до сих пор не ясно, поскольку историки выдвигают на эту роль множество кандидатов. Прежде всего, это сам Шарль де Ланнуа, который сделал короля своим пленником после того, как якобы из уважения преклонил перед ним колени. Согласно этой версии, Ланнуа и Франциск I обменялись мечами.

Затем говорят о трех испанских солдатах: Алонсо Пита да Вейга, Хуане де Урбьета и Диего Давила.


С копьем в руке изображен Франческо Фердинандо д’Авалос д’Акино, 7-й маркиз Пескара, 3-й маркиз Васто (ок. 1530–1571), главнокомандующий испанской армией в Ломбардии и Пьемонте, губернатор Милана (1560–1571 гг.) и вице-король Сицилии (1568–1571)
«Некоторые немцы», которые, согласно раннему отчету о битве, нашли Франциска на земле и хотели убить его, но пощадили его после того, как тот закричал, что он король Франции. Также некто Николас, граф Салмский, стал кавалером Ордена Золотого Руна за пленение короля Франциска. Итальянского кондотьера Чезаре Герколани Карл V наградил как «героя Павии», но что он ещё сделал, кроме того, что убил под Франциском коня?

Есть и другие лица, названные в некоторых отчетах. Например, Педро де Вальдивия, будущий завоеватель Чили, который якобы помешал другому солдату убить Франциска, и ещё два французских предателя, последователя Шарля де Бурбона, которые вроде бы убедили короля Франциска сдаться. Дело в том, что и сам Карл V многие годы чествовал за пленение короля Франции почему-то разных людей.

Интересно, что 24 июля 1529 года императором Карлом V был издан указ о присвоении Алонсо Пита да Вейга герба за его деяния в битве при Павии, который был заархивирован в Генеральном архиве Симанске. В нем Карл V указывает не на одного человека, а на группу лиц, в которую входил и да Вейга: «…и в той же битве вы (Алонсо Пита да Вейга) совершили так много, что захватили упомянутого короля (Франциска I) вместе с другими людьми».

Наконец, в своей автобиографии Карл V утверждал, что «король был взят в плен его главными капитанами», отдавая тем самым должное герцогу Бурбонскому, Шарлю де Ланнуа и маркизу Пескары.


Капитан германских ландскнехтов Георг фон Фрундсберг
Главное, что поражение французов было решающим.

Помимо Франциска, было пленено множество знатных французских дворян, но ещё больше их было в бою убито. Франциск был доставлен в крепость Пиззигеттон, откуда написал своей матери Луизе Савойской письмо трагического содержания: «Пишу, чтобы сообщить вам, как протекает остальная часть моего несчастья. Для меня все потеряно, кроме чести и жизни, которая в безопасности…» Ему пришлось оставаться в заключении в Мадриде до тех пор, пока он не подписал Мадридский договор. Но затем Папа освободил его от необходимости его соблюдать, и в 1526 началась новая франко-имперская война…


Генерал-капитан Карл III, герцог Бурбон
Самое необычное во всем этом заключается в том, что победа Карла V в битве при Павии была практически тут же увековечена на семи прекрасных гобеленах, рассказывающих о различных эпизодах этой битвы.

Материалом для гобеленов послужила шерстяная и, шелковая пряжа, серебряные и золотые нити, причем все они имеют потрясающие воображение размеры: от 8 до 9 м в длину и около 4,3 м в высоту. Гобелены были сотканы между 1528 и 1531 гг. в мастерской Виллема и Яна Дермойенов.


Очень любопытный персонаж гобелена 5 – обезьянка на муле. Причем ладно бы её изобразили в обозе. Так нет же – «идет в атаку» чуть ли не в первых рядах. Или это мул сорвался с привязи и бежит, куда глаза глядят?
Эскизы на картоне сделал живописец Бернард ван Орлей (1488–1541), который нарисовал их между 1525 и 1528 гг. Нидерланды в это время находились под владычеством Испании. Поэтому нет ничего удивительного в том, что Генеральные штаты преподнесли их в дар Карлу V 2 марта 1531 года.

Сначала они находились в Имперской коллекции австрийских императоров, но затем попали в руки наследников Фернандо-Франческо д’Авалоса, маркиза ди Пескары (1496–1525), кондотьера и испанского генерала, вице-короля Сицилии. Он был не только участником битвы, но и одним из её главных героев битвы, и умер от полученных ран.

В конце XIX века гобелены попали в коллекцию Национального музея Каподимонте в Неаполе.


Загадочная «дама в красном». Интересно, а в то время, когда создавался гобелен, знал ли кто-нибудь о том, кто она? Или же это было известно только художнику ван Орлею? Источник