Центробанк и Минфин: наши резервы – не ваши проблемы

Чёрные лебеди чёрного дня
Совсем недавно – особенно в разгар пандемии, дискуссии о «чёрных лебедях», с подачи Нассима Талеба, были в большой моде, точнее, что это мы – в тренде. И сам девятнадцатый ковид тоже с удовольствием занесли в разряд такого рода непредсказуемых форс-мажоров, хотя оснований к тому было ровно ноль.


Зато спецоперацию на Украине мало того, что предсказывали все кому не лень, так ещё, как оказалось, и наперёд распланировали. До тех пор пока, как в анекдоте, москали с хохлами друг другу все поля не перетопчут. Но в том, что для всех нас, бывших советских, наступил тот самый чёрный день, многие продолжают сомневаться.

Нет, конечно, можно только позавидовать полному хладнокровию нового главкома, можно и нужно радоваться победному настрою мобилизованных, но зачем же упорно строить из себя собаку на сене. Читатель уже догадался, о ком мы – о родном Центральном банке.

Это там – в ЦБ РФ умудрились отдать под заморозку больше половины собственных резервов. Вообще-то, практически никому, кроме главы государства и заморских аудиторов, неподконтрольных. Кому от этой бесконтрольности легче, кроме руководства ЦБ РФ? У этих господ кредит доверия, похоже, как на годы вперёд, так – и это уже подтверждено практикой, и на годы назад.

От Банка России ничего по большому счёту и не требуется, кроме как обеспечить, даже не гарантировать, стабильность рубля. Говорят ещё про волатильность валютных курсов, но это штука, которая зависит не только от нас, хотя весной ЦБ как-то справился. Быстро и жёстко, вплоть до того, что всех экспортёров на уши поставил из-за завышенного курса рубля.

Не всё то золото
С резервами у нас теперь, не то что весной – и вовсе всё хорошо. Чуть ли не до боли, потому что они упрямо себе растут и растут. Торгуем много, и вопреки нытью либеральной оппозиции не всегда себе в убыток. Пошла в сторону убытков зерновая сделка – так вышли же из неё.

Но ведь вернулись, диктуя условия, потому что нужна она нам меньше, чем реальным обладателям якобы украинского зерна. Не исключаем, что схожий подход используется нашими финансистами и в отношении рублёвых ресурсов. Их заморозить никак нельзя, но и бесконтрольно наращивать – опасно, так как это грозит инфляцией.

Банку России вообще вряд ли стоит пенять за основные инфляционные факторы – а это монопольные тарифы, тут никаких перемен. У ЦБ слишком внятные воспоминания об осени 2014 года, когда удержать валютные курсы не удалось, даже расходуя резервы.

Сейчас с того первого февральского обострения прошло примерно столько же времени, как тогда в 2014 – после майдана и Крымской весны. Так что можно было бы опасаться того же отложенного негативного эффекта, тем более что нам резервы заморозили.

Однако такие страхи не оправданы, даже с учётом того, что в отношении содержимого золотовалютного резерва (ЗВР) ЦБ РФ у нас практически ничего не изменилось. Всё те же надёжные и ликвидные активы. Начиная с золота, которое мы сейчас, вообще-то, в огромных масштабах распродаём, сбивая мировые цены.

Что-то внятное по этому поводу пытаются сказать иностранные СМИ, но они тоже понимают, что такие тайны сразу не раскрываются. Дальше – ценные бумаги и валюта, где перемены в пользу юаней, которые продолжают быстро дешеветь по курсу, пока минимальные.


Привычка – вторая натура
Сами по себе резервы, как их не храни, априори приносят убытки. Кому угодно, даже всемогущему ФРС. Вы можете себе представить, как за многие годы обесцениваются легендарные закрома Форт-Нокса, где не только золото, но и не допущенные в широкий оборот купюры номиналом в 100 тысяч зелёных?

Впрочем, последние, выпущенные ещё в 1934 году, ни на что иное, кроме внутренних расчётов ФРС и Казначейства, так и не пригодились… А от всемирной инфляции никто не в силах спрятаться. Не потому ли США с таким явным налётом мазохизма накапливают долги, что от них реальные убытки вовсе не им, а тем, кому американцы должны?

Банк России в 2014 году едва не израсходовал все свои резервы только на то, чтобы оставить прежним курс рубля даже под давлением санкций. Когда получилось не очень, решили зарабатывать на своих, получая внутри страны чуть ли не вдвое больше от прежних объёмов экспорта.

Потом курс и цены снова вошли в некое подобие равновесия, а Центробанк опять взялся за своё – за накопление не так уж и нужных, как выясняется, резервов. Оказалось, осень 2014 – это для российских финансов был ещё не совсем, а на самом деле – совсем не чёрный день.

Впрочем, несколько иная ситуация в России с Фондом национального благосостояния, хотя и у его распорядителя – Минфина, а значит – у правительства, отвечающего за бюджет, тоже налицо привычка «просто копить».

Ради этого и дефицитный бюджет сгодится, хотя до пандемии и спецоперации удавалось и в профицит выходить. Но, между прочим, дефицитный бюджет, как ни парадоксально, может быть более выгодным, чем профицитный.

Не наше золото, чужие доллары, дешёвые юани
И всё потому, что резервные деньги, в отличие от заимствованных, либо не работают совсем, либо работают совсем без прибылей. С них иной раз и налогов-то взять невозможно. А плавающий курс рубля, чего когда-то так боялись, да и в конце февраля тоже испугались ещё как, предполагает рыночное ценообразование.

И пусть «железной рукой рынка» нашу экономику ещё со времён Гайдара-младшего душили-душили, да так и не задушили. Теперь же за счёт плавающего курса рубля экономике удаётся быть гибкой, по крайней мере, в тех масштабах, которые есть у России-2022. Как минимум из экспорта при разной стоимости вывозимой продукции она извлекала, извлекает и будет извлекать немалую выгоду.

Сейчас Россия ФНБ даже особо не тратит, хотя это и не совсем верно, а на наш взгляд – неверно в корне. Спецоперация – дело затратное, и нечего экономить на бойцах. Цинизм ворующих на оборонном заказе зашкаливает, тем более что в обоснование идут некие проблемы с бюджетом.

Да, не ваши это и не те вовсе проблемы. Золотовалютные резервы тоже снова копим, хотя теперь уже почти исключительно в рублях, юанях и золоте. Рубли в этом плане и вовсе умиляют – их ведь и напечатать в случае чего можно. А копим, чтобы стерилизовать?

Впрочем, пусть хотя бы юани, они для нас остались последним реальным резервом, так как что там с нашим золотом, простите за повтор, никто не знает. Хотя заморозка там и невозможна, но с реализацией, в случае чего, могут быть даже очень и очень большие проблемы.

Да и за что продавать – за те же юани, рупии? И зачем, чтобы снова их в кубышку? Так не лучше ли по примеру «Росатома» кредитовать всех, кого только можно – под нашу же работу, под наши будущие проекты и товары, вплоть до военных? Спрос на них сегодня просто завидный. Источник