Насколько близко немцы подошли к Москве в 1941 году – мифы и факты

«Ещё смолоду я убедился, что нет события, о котором правдиво рассказала бы газета…»
Джордж Оруэлл. Вспоминая войну в Испании
О мифах и мифотворчестве
Любое грандиозное событие в истории человечества всегда опутано плотным слоем мифов. Это явление характерно и для Великой Отечественной войны, особенно её начального периода – осени 1941 г.

Объединяющей особенностью всех мифов является явная необычайность сюжета, что и способствует их широкому распространению и чрезвычайной живучести.

Согласитесь, что мало кому интересно выслушивать и затем пересказывать какие-то обыденности. А вот с историями, поражающими своей невероятностью, всё наоборот: люди их с удовольствием слушают, запоминают, а потом и с не меньшим удовольствием рассказывают своим знакомым, порой даже приукрашивая и без того достаточно живописный сюжет.

Если вы вдруг пожелаете ознакомиться с историей подмосковного города Химки, то наверняка встретите описание необыкновенного события: 16 октября 1941 г. на мосту через Химкинское водохранилище вдруг откуда-то появились немецкие мотоциклисты, за которыми (в некоторых вариантах) даже следовал немецкий бронетранспортер.


Мост через Химкинское водохранилище: сдан в эксплуатацию в ноябре 1936 г., демонтирован в начале 1980 г.
Дальнейшие приключения мотоциклистов имеют несколько вариаций.

По одной версии, они пересекли водохранилище и смело покатили к столице. Но неподалёку от Окружной ж/д были встречены отрядом ОМСБОН НКВД, загнаны на территорию водной станции Динамо и там уничтожены.

По другой версии, фашистам повезло: они беспрепятственно доехали до ст. метро Сокол, затем почему-то поехали назад, и далее их следы затерялись в исторической мгле.

Возникновение столь удивительной истории явилось плодом панических слухов, возникших 16.10.1941 г., когда в столице началась массовая эвакуация учреждений и предприятий, закрылось метро, и в некоторых местах даже стали возникать массовые беспорядки – обезумевшие толпы громили продуктовые магазины. Эмоциональное состояние людей достигло своего пика, и в городе начали быстро распространяться слухи, что якобы передовые немецкие части уже вступают в пригороды Москвы – Химки и Тушино.

Казалось бы, что после окончания войны, когда информационный вакуум о событиях октября 1941 г. начал постепенно заполняться, слухи о появлении немцев в Химках должны были развеяться окончательно и бесповоротно.

Но не тут-то было, мифы так легко не сдаются. В конце 60-х годов волнительная история о прорыве немецких мотоциклистов была вновь запущена в массы – на этот раз отличились советские газеты.

Одна из первых публикаций о мифическом пришествии немцев в Химки появилась 14 июля 1968 г. в печатном органе Московских промышленного и сельского областных комитетов КПСС газете «Ленинское знамя». Затем в 1971 г. в газетах «Вечерняя Москва» и «Московский Комсомолец» вышли статьи «Бой на Химкинском мосту», пересказывающие сведения из публикации «Ленинского знамени». В них утверждалось, что 16 октября 1941 г. произошёл «знаменательный бой» советских танков (числом около 10) с немецкими мотоциклистами на Химкинском мосту.

В результате миф о пришествии немцев в Химки снова пошёл в народ.

У жителей и партактива Химок, находящихся в городе в военные годы, эти публикации вызвали большое удивление – о таком событии они ничего не слышали. А возмущённый прочитанным бывший первый секретарь Химкинского горкома партии А. А. Дымов (исполнявший эту должность в 1941 г.) даже опубликовал статью в Военно-историческом журнале (№ 5, 1972 г.), где назвал подобные публикации выдумками, сочинёнными в погоне за сенсациями. Дымов уверял, что о появлении немцев в Химках в годы войны ничего не слышали не только жители и партработники Химок, об этом ничего не знали и в Московском комитете партии, а также в штабе Московской зоны обороны.

Один из выводов статьи категоричен:

«…16 октября 1941 г., несмотря на сложность обстановки, вражеской мотоколлоне не удалось бы беспрепятственно и незаметно пройти по Ленинградскому, Пятницкому или Волоколамскому шоссе от линии фронта до Химок.»
Товарищ Дымов категорически отвергал и вероятность прорыва немцев в Химки в последующие месяцы – таких сведений тоже не имелось.

Но, как известно, сила газетного слова может творить чудеса. Надо полагать, что некоторые прочитавшие публикации химчане тут же начали припоминать, что вроде бы и они видели этих странствующих мотоциклистов, или, по крайней мере, слышали о них от очевидцев, которым можно верить как себе.

В итоге порождённый советскими газетами миф пал на благодатную почву, и немецкие мотоциклисты продолжили свой героический рейд не только в отечественной прессе (в том числе и постсоветской), но и в мемуарах некоторых ветеранов.

А в воспоминаниях военной разведчицы Клавдии Николаевны Милорадовой (в молодости выполнявшей боевые задачи вместе с Зоей Космодемьянской) мотоциклисты даже трансформировались в танк:

«…Октябрь. Кто-то пустил слух: в Химки ворвался немецкий танк. Так и было: один ошалелый танкист, имевший при себе билет на парад фашистов на Красной площади, влетел в Химки, где тут же его уничтожили…»
Про слухи о появлении немецких танков в Химках упоминает и находившийся в те октябрьские дни в столице британский журналист А. Верт («Россия в войне 1941-1945»):

«…По сей день рассказывают, что в это утро два немецких танка ворвались на северную окраину Москвы, в Химки, где были быстро уничтожены. Правда, пока ни один серьёзный источник не подтвердил, что эти танки существовали не только в воображении некоторых перепуганных москвичей…»
Из общей канвы немного выбивается событие, приведённое в книге П. А. Судоплатова «Спецоперации. Лубянка и Кремль. 1930-1950 годы»:

«По прямому указанию Генерального штаба и лично Жукова мы минировали дальние и ближние подступы к Москве, а наша моторизованная часть помогла ликвидировать немецких мотоциклистов и бронетранспортеры, прорвавшиеся к мосту через Москву-реку в районе аэропорта Шереметьево. Ближе этого места пройти к Москве немцы уже не смогли. Сегодня здесь стоят в память о тех днях огромные противотанковые надолбы – символ мужества защитников столицы.»
Казалось бы, что таким известным людям как-то не пристало повторять слухи. А Судоплатов то уж точно не мог ошибиться, ибо в тот период находился в Москве и нёс ответственность за выявление и ликвидацию немецких диверсионных групп – ему ли не знать обо всех выявленных в столице ДРГ, немецких десантах и заблудившихся мотоциклистах.

Однако не стоит забывать, что мемуары это всего лишь воспоминания человека о событиях давно минувших дней, оформленные в виде литературного произведения. Поэтому не нужно их возводить в статус исторического хронографа, ибо обычно они изобилуют множеством неточностей, а также часто содержат описания событий, в которых мемуарист личного участия не принимал и узнал о них из чьих-то пересказов. Либо вообще прочитал это в каких-то послевоенных изданиях и потом утвердился во мнении, что и он эти события прекрасно помнит.

Подтверждением правильности данного вывода может служить вышеприведённый фрагмент из книги П. А. Судоплатова, вызывающий большое недоумение.

Во-первых, около аэропорта Шереметьево нет Москвы-реки, там находится часть Канала им. Москвы – Клязьминское водохранилище.

Во-вторых, там действительно имеется мост через водохранилище, с давних пор называемый Хлебниковским, но никакого памятника в виде «надолбов» рядом с мостом (и старым и новым) нет и никогда не было.

Можно предположить, что мемуарист имел в виду памятник «Противотанковые Ежи» на окраине г. Химки у съезда с моста Ленинградского ш. через Октябрьскую ж.-д., мимо которого проезжают люди, направляющиеся в столицу из аэропорта Шереметьево.


Монумент в Химках: открыт 6 декабря 1966 г. в память о начале контрнаступления советских войск под Москвой зимой 1941 г.
Таким образом, налицо явный пересказ сильно трансформировавшегося слуха о немецких мотоциклистах, скорее всего, услышанный Судоплатовым уже спустя многие десятилетия после окончания войны. Полагаю, что именно этот фрагмент из книги легендарного руководителя разведывательно-диверсионного управления НКВД и породил иногда встречающийся миф о том, что фашисты в 1941 г. дошли до северной окраины г. Химки и были расстреляны расчётом ПВО, чья позиция находилась на Ленинградском ш. около моста через железную дорогу.

Но могло ли подобное произойти даже теоретически?

Оценка вероятности появления немцев в Химках
Как остроумно заметил русский историк Д. И. Иловайский:

«Народы не падают с неба.»
Данный вывод справедлив и по отношению к немецким мотоциклистам – с неба не падают и они.

Если фашисты действительно 16.10.41 появились на мосту через Химкинское водохранилище около посёлка Химки, то они не свалились с небес, а приехали по дорогам из какого-то места, где шли бои. Поэтому оценка вероятности их появления в Химках сводится к оценке вероятности их движения по определённым маршрутам, берущим начало от мест происходящих в тот день боёв.

Теперь необходимо вспомнить, что осенью 1941 г. немцы вели наступление с целью охвата г. Москвы. Передовыми частями являлись боевые группы, включающие в себя танки и мотопехоту. Впереди такой группы обычно следовал разведдозор на мотоциклах (иногда в сопровождении БТР). Следовательно, если 16.10.41 на мосту действительно появились немецкие мотоциклисты, то это была разведка одной из таких боевых групп, следовавшей в головном дозоре на некотором удалении (обычно в зоне прямой видимости).

Значит, оценить вероятность появления немцев в Химках можно путём ознакомления с архивными документами, где зафиксированы боевые действия, происходившие 16.10.41 на определённом удалении от Москвы.

Согласно ЖБД ЗапФ, к северо-западу от столицы в этот день части КА пытались выбить немцев из г. Калинин (ныне Тверь). А коли так, то для появления в Химках немецкий разведдозор должен был (непонятно для чего) проехать по Ленинградскому ш. около 150 км.

К западу от Москвы немецкие части вели бои с частями 16 А и заняли населённые пункты Раменье, Рождествено, Середа – около 130 км от ближайшей границы Москвы по прямой. Появление противника с этого направления ещё менее вероятно, чем их приезд из Калинина.

Таким образом, совершенно бесспорно, что вероятность появления немцев в Химках 16.10.1941 г. равна нулю.

А может быть, возникла небольшая путаница, и немцы появились в Химках не 16 октября, а 16 ноября?

Попробуем оценить вероятность и такого события.

16.11.1941 г. находящиеся в Волоколамском р-не немецкие войска, действуя из населённых пунктов Шитьково и Васильевское, начали частное наступление и захватили деревни Ядрово, Мыканино, Рождествено Волоколамского р-на. Если бы они в этот день двинулись по Волоколамскому ш., то до Химкинского моста им бы потребовалось проехать более 50 км. Но только оказались бы они на нём, следуя не из области в город, а наоборот – из города в сторону области.

В действительности у немцев в тот день даже в мыслях не было ехать в Москву, поскольку частное наступление являлось первым этапом общего наступления на Клин, который был ими захвачен только 23 ноября.

А немцы, находящиеся в Клинском р-не, 16.11.41 вели бои в окрестностях посёлка Ново-Завидовский, тоже имея задачу в перспективе захватить Клин. Оттуда до Химок оставалось около 105 км по Ленинградскому ш., но вот только ехать в Химки у них в те дни никакой нужды не было.

Следовательно, опять совершенно бесспорно, что вероятность появления немцев в Химках даже 16 ноября 1941 г. тоже равна нулю – в тот день разведка ближних подступов к столице противнику не требовалась, а для общего представления о имеющейся дорожной сети немцам вполне хватало данных авиаразведки, поставленной на высочайший технический уровень.

Немецкие сказки
Ещё один миф о пришествии немцев в Химки сочинил известный немецкий сказочник (в прошлом нацистский пропагандист) Пауль Шмидт (псевдоним Карель). В своей книге «Гитлер идёт на восток» (издана в 1963 г.) при описании событий, произошедших 5 декабря 1941 г., он приводит следующее сведение:

«…Штурмовое подразделение 62-го инженерного батальона из Виттенберга ближе всех подобралось к берлоге Сталина, вклинившись в пригород г. Химки, всего в 8 километрах от окраины города и в 16 километрах от Кремля.»
Эту же байку с некоторым героическим дополнением позже привёл в своей книге «Битва за Москву» чрезвычайно плодовитый немецкий сочинитель Вернер Хаупт:

«Саперы армейского 62-го саперного батальона вышли на станцию Химки и взорвали её. Оттуда до Кремля оставалось 16 км. Ближе к Москве немецким солдатам пройти не удалось.»
Немцам вторит и известный советский учёный-международник Г. Л. Розанов в своей книге «План Барбаросса. Замыслы и финал» (1970). Только он присылает в Химки «разведывательный батальон 258-й пехотной дивизии», датируя его появление в городе 2 декабря.

Указанные события тоже являются вымыслами (что подробно обосновывается в ВИЖ 1972 г. № 5). С 30 ноября на станциях Сходня, Химки и Ховрино выгружались из эшелонов прибывшие войска, заполнившие этот район. А 2 декабря в р-не Красной Поляны была проведена первая контратака 20 армии. Ближайшие подступы к столице были плотно перекрыты войсками МЗО, да и наступление немцев уже было приостановлено, и даже начался их постепенный запланированный отход от Москвы.

Небольшая вероятность появления в окрестностях г. Химки немецкого разведдозора имеется только вечером 30 ноября, когда фашисты заняли посёлок Красная Поляна и находящуюся чуть южнее д. Катюшки. Это и есть самая ближняя точка от позиций немцев до границ Москвы 1941 г. – около 17 км по прямой.

Чисто теоретически отдельные мотоциклисты 30.11.41 могли от д. Катюшки по местным грунтовкам доехать до д. Мелькисарово и даже чуть далее до Ленинградского ш. Однако документального подтверждения это умозрительное построение не находит. Да и занявшая Красную Поляну немецкая группировка имела цель продвигаться далее вовсе не к Химкам, а вдоль Рогачевского ш. к Дмитровскому ш. Следовательно, немецкие разведдозоры 30.11.41 направлялись из Красной Поляны по Рогачевскому ш. на восток по направлению к Еремино (что подтверждается документами).

К северо-западу от г. Химки последним рубежом, где красноармейцы в начале декабря 1941 г. остановили рвущиеся к Москве немецкие войска, является 40-й км Ленинградского ш. – за 17 км до монумента «Противотанковые Ежи». В память об этом событии на высоте 217,1 около поворота на г. Зеленоград был сооружён большой монумент, названный «Штыки»:


В военные годы на этой высоте находились немецкие позиции, а красноармейцы, перекрывшие шоссе у села Бол. Ржавки, несколько раз пытались их оттуда выбить. После отступления немцев вблизи высоты была устроена большая братская могила, где ещё долго после войны хоронили найденные в этом районе боевых действий многочисленные останки солдат и командиров КА. Точное число упокоенных воинов неизвестно, из них установлены данные только 23-х…

Согласно административному делению тех лет эта территория (включая посёлок Крюково, где тоже шли бои) входила в состав Химкинского р-на.

Возможность прорыва немецкого разведдозора с этого направления совершенно исключена: в те дни по Ленинградскому ш. неиссякаемыми потоками двигались техника и войска КА. А возле бывшей д. Черкизово его пересекал оборонительный рубеж, от которого до наших дней сохранился небольшой участок противотанкового рва, расположенный примерно в 250 м справа от начала съезда с Ленинградского на Шереметьевское ш.:


Западнее г. Химки в начале декабря бои шли в д. Нефедьево – около 21 км до границы Москвы тех лет по прямой. Теоретически имеющиеся в тот год поселковые дороги давали возможность немецким мотоциклистам выехать на Пятницкое ш., далее проследовать по нему в сторону столицы, а потом повернуть влево и через д. Коростово доехать до д. Куркино, а уже оттуда попасть к Химкинскому мосту.

Однако вероятность подобного путешествия немцев в те дни вызывает большое сомнение. Даже если бы им удалось выехать на Пятницкое ш. и поехать по нему в сторону Москвы, то их вояж закончился бы у Коростово, где располагался штаб 16 А и имелось его охранение, в задачи которого как раз входило оберегать командарма 16 А К. К. Рокоссовского от визитов таких «путешественников». Да и у Куркино на склоне холма в те дни располагался один из заслонов МЗО, специально устроенный для предотвращения подобных случайных проходов противника.

Боевые группы немцев, двигавшиеся по Волоколамскому ш., были остановлены у д. Ленино – примерно 26 км по прямой до границы Москвы.

Наступавшие с других направлений немецкие войска были остановлены на большем отдалении от границ города.

В итоге можно заключить, что слух о пришествии немцев в Химки оказался невероятно живучим, и даже нашёл очередное повторение в устах известных отечественных историков на телепередаче «Путь к Победе».

Однако совокупность обнародованных в настоящий момент архивных документов частей КА, участвовавших в Московском сражении, позволяет с вероятностью близкой к 100 % заявить, что сия красочная история – всего лишь один из мифов, сложенных людьми в тот тяжёлый период Отечественной войны, и повторённый после неё.

Ни один документ периода 1941-1942 гг., где было бы отражено это событие, до сего времени не обнародован. Красочные истории о рейде отважных немецких мотоциклистов держатся только на личных воспоминаниях «очевидцев» и «непосредственных участников».

В итоге стоит отметить, что разгром немецко-фашистских войск под Москвой в декабре 1941 г. справедливо называется одним из главных факторов, приведших к их поражению во Второй мировой войне. Но существует и менее известный факт: вероятность повторного наступления немцев на столицу считалась актуальной вплоть до 1943 г. включительно. И оборонительные позиции на подступах к Москве после немецкого отступления не ослаблялись, а наоборот – усиливались. Источник